Триггер

Артемий постоянно считал, что его методика службы с больными уникальна. Он смеется над ними, злонамеренно вышвыривает из зоны комфорта, веря, что только так можно настоять полноценных изменений. Его подход устроен для принципе, что страсть и взволнованность - это всего исключительно кратковременные состояния, какие возможно преодолеть. Он смело утилизирует провокации, дабы потребовать у своих покупателей совершенные эмоции и приневолить их встретиться с собой. В его офисе ежеминутно звучат драматические шуточки и дерзкие замечания, которые, после его мнению, соответственны возбуждать внутреннюю силу. Впрочем однажды, иногда он наступил в клинику, его поджидал чрезвычайный сюрприз. Один изо его пациентов, девушкам по имени Ирина, кончила с собой. Артемий не мог поверить в произошедшее. Он долго разыскивал причины, рассматривая свои технологии и сообщение с ней. В голове вертелись идеи про то, что, возможно, его стилистика службы очутилась чрезвычайно жестокой, и он не сумел различить эти совершенные раны, какие всегда еще болели внутренне Ирины. Он вспоминал ее глаза, совершенные надежды, и чувствовал, одеревенелый на душе мешает покоя. Потом катастрофы Артемий замерз пересматривать свои подходы. Он начал штудировать больше податливые и осмотрительные технологии работы, осознавая, что каждый человек уникален и требует персонального подхода. Деятельность Артема, какая раньше преуспевала вследствие его провокациям, сегодня нищенствовала в кардинальных изменениях. Он понял, что под поверхностью хохота и шуток могут прятаться трудноразрешимые задачи, и научился слушать, а не столько говорить. Эта трагедия замерзла ради него уроком, и он поклялся, что велико нипочем не допустит подобного.